Неточные совпадения
Он мне начальник,
и мне ни в каком случае не
следовало так говорить с ним.
—
Такой приказ,
так уж, видно,
следует, — сказал швейцар
и прибавил к тому слово: «да». После чего стал перед ним совершенно непринужденно, не сохраняя того ласкового вида, с каким прежде торопился снимать с него шинель. Казалось, он думал, глядя на него: «Эге! уж коли тебя бары гоняют с крыльца,
так ты, видно,
так себе, шушера какой-нибудь!»
Уже начинал было он полнеть
и приходить в те круглые
и приличные формы, в каких читатель застал его при заключении с ним знакомства,
и уже не раз, поглядывая в зеркало, подумывал он о многом приятном: о бабенке, о детской,
и улыбка
следовала за
такими мыслями; но теперь, когда он взглянул на себя как-то ненароком в зеркало, не мог не вскрикнуть: «Мать ты моя пресвятая! какой же я стал гадкий!»
И после долго не хотел смотреться.
Нужно разве, чтобы они вечно были перед глазами Чичикова
и чтоб он держал их в ежовых рукавицах, гонял бы их за всякий вздор, да
и не то чтобы полагаясь на другого, а чтобы сам
таки лично, где
следует, дал бы
и зуботычину
и подзатыльника».
Но
так как все же он был человек военный, стало быть, не знал всех тонкостей гражданских проделок, то чрез несколько времени, посредством правдивой наружности
и уменья подделаться ко всему, втерлись к нему в милость другие чиновники,
и генерал скоро очутился в руках еще больших мошенников, которых он вовсе не почитал
такими; даже был доволен, что выбрал наконец людей как
следует,
и хвастался не в шутку тонким уменьем различать способности.
Впрочем, если слово из улицы попало в книгу, не писатель виноват, виноваты читатели,
и прежде всего читатели высшего общества: от них первых не услышишь ни одного порядочного русского слова, а французскими, немецкими
и английскими они, пожалуй, наделят в
таком количестве, что
и не захочешь,
и наделят даже с сохранением всех возможных произношений: по-французски в нос
и картавя, по-английски произнесут, как
следует птице,
и даже физиономию сделают птичью,
и даже посмеются над тем, кто не сумеет сделать птичьей физиономии; а вот только русским ничем не наделят, разве из патриотизма выстроят для себя на даче избу в русском вкусе.
— Да никакого толку не добьетесь, — сказал проводник, — у нас бестолковщина. У нас всем, изволите видеть, распоряжается комиссия построения, отрывает всех от дела, посылает куды угодно. Только
и выгодно у нас, что в комиссии построения. — Он, как видно, был недоволен на комиссию построенья. — У нас
так заведено, что все водят за нос барина. Он думает, что всё-с как
следует, а ведь это названье только одно.
Платон Михалыч Платонов был Ахиллес
и Парид [
Так в рукописи.
Следует: Парис.] вместе: стройное сложение, картинный рост, свежесть — все было собрано в нем. Приятная усмешка с легким выраженьем иронии как бы еще усиливала его красоту. Но, несмотря на все это, было в нем что-то неоживленное
и сонное. Страсти, печали
и потрясения не навели морщины на девственное, свежее его лицо, но с тем вместе
и не оживили его.
Собакевич слушал все по-прежнему, нагнувши голову,
и хоть бы что-нибудь похожее на выражение показалось на лице его. Казалось, в этом теле совсем не было души, или она у него была, но вовсе не там, где
следует, а, как у бессмертного кощея, где-то за горами
и закрыта
такою толстою скорлупою, что все, что ни ворочалось на дне ее, не производило решительно никакого потрясения на поверхности.
Помещики попроигрывались в карты, закутили
и промотались как
следует; все полезло в Петербург служить; имения брошены, управляются как ни попало, подати уплачиваются с каждым годом труднее,
так мне с радостью уступит их каждый уже потому только, чтобы не платить за них подушных денег; может, в другой раз
так случится, что с иного
и я еще зашибу за это копейку.
— Иной раз, право, мне кажется, что будто русский человек — какой-то пропащий человек. Нет силы воли, нет отваги на постоянство. Хочешь все сделать —
и ничего не можешь. Все думаешь — с завтрашнего дни начнешь новую жизнь, с завтрашнего дни примешься за все как
следует, с завтрашнего дни сядешь на диету, — ничуть не бывало: к вечеру того же дни
так объешься, что только хлопаешь глазами
и язык не ворочается, как сова, сидишь, глядя на всех, — право
и эдак все.
— Ничего, ничего, — сказала хозяйка. — В какое это время вас Бог принес! Сумятица
и вьюга
такая… С дороги бы
следовало поесть чего-нибудь, да пора-то ночная, приготовить нельзя.
«В тот день немые возопиют
и слепые прозрят», — подумал я,
следуя за ним в
таком расстоянии, чтоб не терять его из вида.
Да, это
так; это все
так. Он, впрочем, это
и прежде знал,
и совсем это не новый вопрос для него;
и когда ночью решено было в воду кинуть, то решено было безо всякого колебания
и возражения, а
так, как будто
так тому
и следует быть, как будто иначе
и быть невозможно… Да, он это все знал
и все помнил; да чуть ли это уже вчера не было
так решено, в ту самую минуту, когда он над сундуком сидел
и футляры из него таскал… А ведь
так!..
— Я готов-с
и отвечаю… но уймитесь, сударыня, уймитесь! Я слишком вижу, что вы бойкая!.. Это… это… это как же-с? — бормотал Лужин, — это
следует при полиции-с… хотя, впрочем,
и теперь свидетелей слишком достаточно… Я готов-с… Но, во всяком случае, затруднительно мужчине… по причине пола… Если бы с помощью Амалии Ивановны… хотя, впрочем,
так дело не делается… Это как же-с?
— А, понимаю, вы думаете, что я в
таком виде! — перебил ее мысли Разумихин, угадав их
и шагая своими огромнейшими шажищами по тротуару,
так что обе дамы едва могли за ним
следовать, чего, впрочем, он не замечал.
Но ведь вот что при этом, добрейший Родион Романович, наблюдать
следует: ведь общего-то случая-с, того самого, на который все юридические формы
и правила примерены
и с которого они рассчитаны
и в книжки записаны, вовсе не существует-с, по тому самому, что всякое дело, всякое, хоть, например, преступление, как только оно случится в действительности, тотчас же
и обращается в совершенно частный случай-с; да иногда ведь в какой: так-таки ни на что прежнее не похожий-с.
— Чтой-то вы уж совсем нас во власть свою берете, Петр Петрович. Дуня вам рассказала причину, почему не исполнено ваше желание: она хорошие намерения имела. Да
и пишете вы мне, точно приказываете. Неужели ж нам каждое желание ваше за приказание считать? А я
так вам напротив скажу, что вам
следует теперь к нам быть особенно деликатным
и снисходительным, потому что мы все бросили
и, вам доверясь, сюда приехали, а стало быть,
и без того уж почти в вашей власти состоим.
— Ну, а коли я соврал, — воскликнул он вдруг невольно, — коли действительно не подлец человек, весь вообще, весь род, то есть человеческий, то значит, что остальное все — предрассудки, одни только страхи напущенные,
и нет никаких преград,
и так тому
и следует быть!..
Но старый Тарас готовил другую им деятельность. Ему не по душе была
такая праздная жизнь — настоящего дела хотел он. Он все придумывал, как бы поднять Сечь на отважное предприятие, где бы можно было разгуляться как
следует рыцарю. Наконец в один день пришел к кошевому
и сказал ему прямо...
Прелат одного монастыря, услышав о приближении их, прислал от себя двух монахов, чтобы сказать, что они не
так ведут себя, как
следует; что между запорожцами
и правительством стоит согласие; что они нарушают свою обязанность к королю, а с тем вместе
и всякое народное право.
Может быть, детский ум его давно решил, что
так, а не иначе
следует жить, как живут около него взрослые. Да
и как иначе прикажете решить ему? А как жили взрослые в Обломовке?
— Тут
следует сказать какой-нибудь комплимент, — отвечал Обломов. — Я не умею, да если б
и умел,
так не решился бы…
Анисью, которую он однажды застал там, он обдал
таким презрением, погрозил
так серьезно локтем в грудь, что она боялась заглядывать к нему. Когда дело было перенесено в высшую инстанцию, на благоусмотрение Ильи Ильича, барин пошел было осмотреть
и распорядиться как
следует, построже, но, всунув в дверь к Захару одну голову
и поглядев с минуту на все, что там было, он только плюнул
и не сказал ни слова.
Городничий (делая Бобчинскому укорительный знак, Хлестакову).Это-с ничего. Прошу покорнейше, пожалуйте! А слуге вашему я скажу, чтобы перенес чемодан. (Осипу.)Любезнейший, ты перенеси все ко мне, к городничему, — тебе всякий покажет. Прошу покорнейше! (Пропускает вперед Хлестакова
и следует за ним, но, оборотившись, говорит с укоризной Бобчинскому.)Уж
и вы! не нашли другого места упасть!
И растянулся, как черт знает что
такое. (Уходит; за ним Бобчинский.)
Следовало взять сына портного, он же
и пьянюшка был, да родители богатый подарок дали,
так он
и присыкнулся к сыну купчихи Пантелеевой, а Пантелеева тоже подослала к супруге полотна три штуки;
так он ко мне.
Добчинский.То есть оно
так только говорится, а он рожден мною
так совершенно, как бы
и в браке,
и все это, как
следует, я завершил потом законными-с узами супружества-с.
Так я, изволите видеть, хочу, чтоб он теперь уже был совсем, то есть, законным моим сыном-с
и назывался бы
так, как я: Добчинский-с.
Артемий Филиппович. Смотрите, чтоб он вас по почте не отправил куды-нибудь подальше. Слушайте: эти дела не
так делаются в благоустроенном государстве. Зачем нас здесь целый эскадрон? Представиться нужно поодиночке, да между четырех глаз
и того… как там
следует — чтобы
и уши не слыхали. Вот как в обществе благоустроенном делается! Ну, вот вы, Аммос Федорович, первый
и начните.
Городничий. Скажите!
такой просвещенный гость,
и терпит — от кого же? — от каких-нибудь негодных клопов, которым бы
и на свет не
следовало родиться. Никак, даже темно в этой комнате?
— Но скажите, пожалуйста, я никогда не могла понять, — сказала Анна, помолчав несколько времени
и таким тоном, который ясно показывал, что она делала не праздный вопрос, но что то, что она спрашивала, было для нее важнее, чем бы
следовало. — Скажите, пожалуйста, что
такое ее отношение к князю Калужскому,
так называемому Мишке? Я мало встречала их. Что это
такое?
Неведовскому переложили, как
и было рассчитано,
и он был губернским предводителем. Многие были веселы, многие были довольны, счастливы, многие в восторге, многие недовольны
и несчастливы. Губернский предводитель был в отчаянии, которого он не мог скрыть. Когда Неведовский пошел из залы, толпа окружила его
и восторженно
следовала за ним,
так же как она
следовала в первый день за губернатором, открывшим выборы,
и так же как она
следовала за Снетковым, когда тот был выбран.
— Не сравнивайте меня с сестрой, пожалуйста, — поспешно перебила Катя, — это для меня слишком невыгодно. Вы как будто забыли, что сестра
и красавица,
и умница,
и… вам в особенности, Аркадий Николаич, не
следовало бы говорить
такие слова,
и еще с
таким серьезным лицом.
— Да я полагаю, — ответил Базаров тоже со смехом, хотя ему вовсе не было весело
и нисколько не хотелось смеяться,
так же как
и ей, — я полагаю,
следует благословить молодых людей. Партия во всех отношениях хорошая; состояние у Кирсанова изрядное, он один сын у отца, да
и отец добрый малый, прекословить не будет.
Он находил, что уж если на то пошло,
так обедать
следовало бы по-английски, во фраках
и в белых галстухах.
— Он с Катей совсем как брат, — промолвила Анна Сергеевна, —
и это мне в нем нравится, хотя, может быть, мне бы
и не
следовало позволять
такую близость между ними.
Хозяйственные дрязги наводили на него тоску; притом ему постоянно казалось, что Николай Петрович, несмотря на все свое рвение
и трудолюбие, не
так принимается за дело, как бы
следовало; хотя указать, в чем собственно ошибается Николай Петрович, он не сумел бы.
Аркадий принялся говорить о «своем приятеле». Он говорил о нем
так подробно
и с
таким восторгом, что Одинцова обернулась к нему
и внимательно на него посмотрела. Между тем мазурка приближалась к концу. Аркадию стало жалко расстаться с своей дамой: он
так хорошо провел с ней около часа! Правда, он в течение всего этого времени постоянно чувствовал, как будто она к нему снисходила, как будто ему
следовало быть ей благодарным… но молодые сердца не тяготятся этим чувством.
Да тем-то
и плохо, что я, опять-таки скажу, не оригинальный человек, на серединке остановился: природе
следовало бы гораздо больше самолюбия мне отпустить либо вовсе его не дать.
Перфишка попристальнее посмотрел на своего барина —
и заробел: «Ох, как он похудел
и постарел в течение года —
и лицо какое стало строгое
и суровое!» А кажется,
следовало бы Пантелею Еремеичу радоваться, что, вот, мол, достиг-таки своего; да он
и радовался, точно…
и все-таки Перфишка заробел, даже жутко ему стало.
Филофей ничего ему не возразил, как бы сознавая, что называться Филофеем точно не совсем ловко
и что за
такое имя даже упрекать можно человека, хотя собственно виноват тут поп, которого при крещении не ублаготворили как
следует.
Поведение его с Марьей Гавриловной было просто
и свободно; но что б она ни сказала или ни сделала, душа
и взоры его
так за нею
и следовали.
На другой день он проснулся рано
и долго лежал в постели, куря папиросы, мечтая о поездке за границу. Боль уже не
так сильна, может быть, потому, что привычна, а тишина в кухне
и на улице непривычна, беспокоит. Но скоро ее начали раскачивать толчки с улицы в розовые стекла окон,
и за каждым толчком
следовал глухой, мощный гул, не похожий на гром. Можно было подумать, что на небо, вместо облаков, туго натянули кожу
и по коже бьют, как в барабан, огромнейшим кулаком.
Варвара указала глазами на крышу флигеля; там, над покрасневшей в лучах заката трубою, едва заметно курчавились какие-то серебряные струйки. Самгин сердился на себя за то, что не умеет отвлечь внимание в сторону от этой дурацкой трубы.
И — не
следовало спрашивать о матери. Он вообще был недоволен собою, не узнавал себя
и даже как бы не верил себе. Мог ли он несколько месяцев тому назад представить, что для него окажется возможным
и приятным
такое чувство к Варваре, которое он испытывает сейчас?
Он тотчас же догадался, что ему не
следовало говорить
так,
и неопределенно добавил...
Более удачно гасились эти призрачные огни словами большеголового составителя популярно-научных книжек; однажды во флигеле у Катина он пламенно доказывал, что мысль
и воля человека — явления электрохимические
и что концентрация воль вокруг идеи может создавать чудеса, именно
такой концентрацией
следует объяснить наиболее динамические эпохи...
Ее ласковый тон не удивил, не обрадовал его — она должна была сказать что-нибудь
такое, могла бы сказать
и более милое. Думая о ней, Клим уверенно чувствовал, что теперь, если он будет настойчив, Лидия уступит ему. Но — торопиться не
следует. Нужно подождать, когда она почувствует
и достойно оценит то необыкновенное, что возникло в нем.
«Раздавили
и — любуются фальшфейерами, лживыми огнями. Макаров прав: люди — это икра. Почему не я сказал это, а — он?..
И Диомидов прав, хотя глуп: людям
следует разъединиться,
так они виднее
и понятней друг другу.
И каждый должен иметь место для единоборства. Один на один люди удобопобеждаемее…»
— Я не желаю говорить на эту тему, — сказал он
и понял, что сказано не
так строго, как
следовало бы.
Разумеется, кое-что необходимо выдумывать, чтоб подсолить жизнь, когда она слишком пресна, подсластить, когда горька. Но —
следует найти точную меру.
И есть чувства, раздувать которые — опасно. Такова, конечно, любовь к женщине, раздутая до неудачных выстрелов из плохого револьвера. Известно, что любовь — инстинкт,
так же как голод, но — кто же убивает себя от голода или жажды или потому, что у него нет брюк?
—
Так точно, — тихо ответил жандарм; он стоял не
так, как
следовало стоять перед офицером, а — сутуло
и наклонив голову, но руки висели по швам.